LXVI. Завершение восточно-азиатского вояжа. “Белочка для Кати”

Восточно-азиатский вояж 2007 г., часть 66 

Возвращение в Питер

осточно-азиатский вояж у нас ещё не закончен: ведь я не вернулся в Питер. Что же теперь, так вечно и крутиться в зловещих медных горах Карабаша? Нет, конечно – надо рассказать и о процессе возвращения. А случилось это поездом восемьдесят восемь Челябинск – Санкт-Петербург (про себя я его сразу окрестил «ахт комма ахт»). Поезд красный, как малина, и очень заметный на станциях, что есть несомненный плюс. Каких-то небольших полтора суток – и я дома, и самое главное – никаких тебе авиафобий, всё честно и по земле.

Итак, окончание вояжа выглядело так…

Вот такой немного оккультной картинкой решил проводить меня Южный Урал.

Взгляд на южно-уральскую Пирамиду Хеопса (на заднем плане) и на привокзальную часовню. Продвигаемся к поезду.

В завершение поездки решили сфотографироваться с polar_bee, взяв каждому стаканчик по росту. На этот раз я был на азиатской стороне, а он – на европейской.

Поезд уже стоял на 4-м пути. Погрузили меня, попрощался с гостеприимными хозяевами и отчалил на северо-запад в 6 вечера с копейками.
В поезде рядом со мной попутчицами оказались девушка с Кургана, восторженного относящаяся к Питеру, и бабушка с внучкой. Внучке было пять с половиной лет, звали её Катя, активная такая девочка. Прославилась она тем, что запомнилась примерно половине состава вагона, но об этой истории чуть ниже. Эти бабушка с внучкой занимали пару полок – верхняя/нижняя, и Кате досталась верхняя. Бабушка пару-тройку раз её подсаживала – внучке не терпелось обжить верхнюю полку; но, поскольку залазить она не умела, то бессильно повисала, как сосиска, над проходом и надо было срочно её эвакуировать в какую-то сторону – вверх или вниз.
Видя это, я решил её научить методике залазенья. Показал, какой ногой правильно вставать, как перехватывать руку и где принимать усилие, чтобы тело легко взлетело наверх. И что вы думаете? Примерно через семь попыток она вьехала в фишку, и с восторгом стала тренироваться уже сама (правда, при этом разок чуть не свалившись вниз – пришлось её подстраховать). Короче, за вечер она залезла/слезла с верхней полки не менее полусотни раз, и в какой-то момент её бабушка устала, потеряла терпение и начала на неё нервно покрикивать. Катя после этого картинно садилась внизу, складывая руки на коленях, выжидала минуты три и затем снова лезла вверх. В общем, не соскучишься 🙂
Вечерком проехали теплый, нагретый Екатеринбург (я не снимал) и затем отошёл ко сну.

Раннее утро 16 июля встретило меня рваными клочьями тумана над уральскими перелесками. Сходил за кипяточком, заварил английского чая в кружечке и потихоньку отхлёбывал, смотря на меняющиеся пейзажи за бортом. Это моя давняя дорожно-поездная привычка: встать очень рано, пока вагон спит (летом часов в 5-6 утра), насладиться пейзажами и тишиной, а когда уже все проснутся, в районе 10 – 10.30 утра уснуть часика на два.

Долина реки Сылвы. Это мы уже подьезжаем к Кунгуру. А солнце готовится вот-вот вынырнуть из-за гряды сопок.

В районе 10 утра мы прибыли на центровую удмуртскую станцию Балезино, где стоянка 25 минут и меняется ток – с постоянного на переменный. Солнце было уже высоко, постепенно наступала жара.

Вот эта красная колбаса – и есть наш восемьдесят восьмой.

Для своей домашней атомной электростанции я решил прикупить немного недостающих циркониевых деталей. Рядом стояли киоски с ураном, графитом, цезием и кобальтом.

Продавщица разнообразных шлёпок.

Постояв в Балезино, мы отбыли дальше на запад, к Кирову.
И вот тут я вам должен рассказать о душераздирающей истории соседской девочки Кати (которую я научил лазить наверх). Дело было так: она, с бабушкой, полтора месяца назад ехали на восток таким же маршрутом; из места, где она живет с родителями – в каком-то военном городке на Вологодчине. Папа – военный. И в Кирове по пути бабушка купила Кате белочку с грибочками (мягкую игрушку). Однако вышло так, что по приезде на место они спонтанно пошли на день рождения к какому-то мальчику и бабушка вынуждена была подарить ему эту кировскую белочку. Для Кати это было настоящей драмой, расставаться с ней, но бабушка ей клятвенно пообещала, что они купят точно такую же на обратном пути. Ждать её пришлось почти месяц.
И вот мы на всех парах приближались к Кирову. А поскольку Катя уже успела рассказать эту свою печальную историю примерно в трех отсеках вагона, кроме нашего, в лицах и с подробным описанием, то довольно много людей прониклись этим и заинтересованно следили за исходом.
– Катя, может тебе не белочку, а скажем, тигр устроит?
– Не-е-ет! Только белочка, желтая, с грибочками!
– А кролик?
– И кролик не подходит! Только бе-лоч-ка!
– А вдруг её не будет там?
Катя задумывается:
– Нет, такого не может быть! Она есть! Меня ждёт!
– А если Киров случайно проедем?
– Не-е-е! Вы врёте! В Кирове большая стоянка!
– А если опоздаем?
– Она всё равно меня дождётся!
Ни на что не велась, стойкая 🙂

И вот наконец час дня: Киров-Пассажирский.
Выходим. С мужиком с соседнего отсека договорились подогнать мягкоигрушечных тёток с обоих сторон – я со стороны 7 вагона, а он – 9-го, чтоб уж гарантированно. Народ вышел тоже, смотрел за развитием событий. Пока я ходил и вылавливал тётку со своей стороны, с другой такую же выловили немного раньше.

И вот он, миг счастья! Катя наконец воссоединилась со своей аутентичной белочкой!
Настойчивость – города берёт 🙂

А поезд всё шёл и шёл на запад.
Вот станция Шарья, тут я взял самопальный продуктовый наборчик у местной бабушки: два помидора, свежий огурец, солёный огурец, горячая варёная картошка с зелёным луком, кусок хлеба. Очень удобно, в комплекте!

Рядом в скверике моей покупке отчаянно завидовал Ильич.
«Эх, а я вот картошечки горяченькой лет 85 как уже не едал! Везёт тебе!».

За Шарьей случилась ещё одна неожиданная остановка на маленьком полустаночке: наше окно оказалось ровно напротив собаки, внимательно смотрящей на нас с платформы.

Я попытался открыть окно, насколько можно. Катя офигела, бросив на время свою белочку с грибами, и девушка с Кургана тож.
У нас состоялся такой разговор (перевод с собачьего приведен в кавычках):
– Привет! Ты откуда такая есть?
– Гав! Гав! («Чо, собаку на платформе никогда не видали?»)
– Видали, но нечасто. Тя как кличут-то?
– Гав-гав! Гав! Гав! («Я хоть и сучка, но девушка приличная и незнакомым людям своё имя не сообщаю! Тем более что через 2 минут вы уедете»)
– Ну да, резонно. А чем занимаетесь?
– Гав-гав-гав! («Дык не видите разве? Слепые, да? Столбы электрификации по перегону развозим. Вон мой хозяин с краю, хлеб с луком жрёт»)
– О, это дело! Ну ладно, бывайте! (наш поезд тихо стронулся с места)
– Гав! («Покеда, фраера городские!»)

Дело пошло к вечеру, и вдруг я по поездной трансляции в общей дорожке услышал ведомственную песню («Костыль искрился…»). Значения не придал, пока в динамике не раздалось «…который ссучил Ильича!». Я чуть не подскочил – кто это там ссучил Ильича? Всего три часа назад он спокойно стоял на привокзальном скверике Шарьи, завидовал картошке, и вот на тебе! Кто-то его уже ссучить успел! Пришлось принять срочные меры к повышению громкости звука, и я успел прослушать остаток. Песня запомнилась, и по приезде домой я не поленился найти её по отрывку в интернете и скачать.
Послушайте и вы, кто именно ссучил Ильича 🙂

В закатном солнце проехали станцию Галич с одноимённым озером, тянувшемся полоской за избами.

В 10 вечера прибыли на станцию Х.., ой, простите – Буй.

Железнодорожная часовня станции Буй.

Харизматичная девочка Катя с бабушкой там и сошли (вон они идут, слева), и в вагоне сразу стало непривычно тихо.

Вид на станции Буй на запад. Где-то там, за красной полоской, Вологда, а потом Череповец, а потом и Питер.

В час ночи проехали Вологду. Было очень душно, покусывали комары, и я сбегал купил бутыль «Монастырской» на вокзал.

После Вологды отошёл ко сну, и проснулся около 8.30 утра в Тихвине. Это я увидел, отодвинув шторку. Тихвинский вокзал мне хорошо памятен тем, что в 2005 году злобные менты из ЛОВД мне так и не дали сфотать вокзал, несмотря на мои споры и увещевания.

В Тихвине в вагон сел батюшка, тихо и чинно разговаривавший с моими соседями.

Часа через полтора мы уже пересекали Волхов.

Половина первого дня, солнечный тёплый день 17 июля, и наш 88-й медленно втягивается на пути Ладожского вокзала. Здравствуй, любимый город!

Вот и всё, восточно-азиатский вояж закончен, позади 15.128 ж/д километров, около 1100 автомобильных и незнамо сколько – пеших. Впереди – завал на работе ввиду 4-недельного отсутствия на оной, и месяц вечерних бдений; но это ничего, справимся.
Зато вояж таки совершен!
Ну и, спасибо всем за внимание. Что читали 🙂
А я – дописал таки до завершения.

***

Полное содержание цикла

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

20 − восемнадцать =