Англичане на Транссибе: “Как можно контролировать такую территорию?”

Лента.ру недавно выдала матерьяльчик о поездке англичан креаклических профессий по Транссибу. В одном наборе ехали писатель, шекспировед, музыкант и медиахудожница (!). Суровый коктейль 🙂
Ехали они, как я понял, со многими остановками (Казань, Екатеринбург, Новосибирск), сменили ряд поездов и доехали самое восточное до Красноярска – то есть, немногим менее половины Транссибирской магистрали. Поездка отдавала официальщиной – “по приглашению Британского Совета” и была привязана к году культуры чего-то там. Но тем не менее, что-то не очень формальное они таки посмотрели.
Ниже – их впечатления для “Ленты” (публикую не всё, а только выдержки).

Персонажи:
Писатель – Джо Данторн
Шекспировед – Эндрю Диксон
Музыкант, лидер группы Super Furry Animals – Граф Рис
Медиахудожница – Франческа Панетта

Музыкант

Стереотипы и реальность

Франческа Панетта: Я думала, что, как только вы выйдем за пределы Москвы, сразу начнется дикая природа, несколько деревянных домов, никакой цивилизации. Но оказалось все совершенно иначе. Мы побывали в огромных развитых городах, в научных центрах, театрах, на концертах. Везде встречали художников, писателей. Я представляла себе деревенскую идиллию. И мы действительно проезжали на поезде мимо таких мест. Но те места, где мы останавливались, были далеки от того, что я себе видела до поездки.

Джо Данторн: Мы ездили в Овсянку. Это рядом с Красноярском. Это было прямо идиллическое место. Оно соответствовало моим представлениям о том, как должна выглядеть заснеженная сибирская деревня. Там люди вручную носили в ведрах воду домой. Хаски бегали. Это было прекрасно! Енисей, который впадает в Северный Ледовитый океан…

Писатель

О пространстве

Граф Рис: В обычной жизни у нас довольно мало времени. Приходится все время торопиться. А в поезде у нас была такая роскошь, как возможность предаваться рефлексии на тему увиденного. Мы много об этом говорили. Казалось, что поезд — это особый мир, отделенный от всех других миров. Светлое теплое безопасное пространство, где можно ходить в пижаме. А снаружи минус 20, снег, какие-то миры проносятся. Это очень сильный контраст. Я бы мог еще несколько дней, недель или месяцев провести в этом поезде. В какой-то момент потерять ощущение времени.

Дело в том, что все поезда в России ходят по московскому времени. Поэтому в какой-то момент ты уже не понимаешь: ты сейчас завтракаешь или обедаешь. Когда в вагоне-ресторане пьешь водку, все еще больше смешивается. А поезд покачивается и едет вперед.

Франческа Панетта: У Британского Совета в этом проекте была задумка наладить диалог разных культур: англоязычной и русскоязычной. В поезде были не только мы, но еще русская писательница (Алиса Ганиева — прим. «Ленты.ру») и русский журналист (Константин Мильчин — прим. «Ленты.ру»). Мы проводили много времени, обсуждая буквально все: от политики и культуры до скороговорок. Я представляла, что в поезде мы будем поэтично смотреть в окно. А мы все время провели в разговорах.

Джо Данторн: У меня было ощущение присутствия на семинаре. Но без необходимости что-то сделать. Выдать какой-то результат. Мы все были в одном вагоне, в соседних купе и само это пространство дало нам возможность сотрудничать.

Медиахудожница

О людях

Граф Рис: В основном мы останавливались в крупных городах, поэтому нам сложно что-то сказать о сельском населении. Мне интересны были разные культуры, с которыми мы встречались. В Казани на меня произвела впечатление татарская культура. В Красноярске тоже было очевидно, что это место, где сосуществуют разные культуры, люди говорят на разных языках. Такое разнообразие — неизбежный признак, если речь идет об огромном куске земли.

Франческа Панетта: Если говорить о скорости, то в регионах в ресторанах нам всегда очень долго приходилось ждать еду. А вчера в Москве мы в первый раз пошли ужинать и были потрясены тем, что еду нам принесли менее чем за час. В Москве чувствуется скорость: в ресторане вас стараются побыстрее обслужить, чтобы вы поскорее ушли и за ваш столик сели следующие клиенты. В регионах в ресторанах и барах было ощущение, что там можно проводить целый день, ночь, никто никуда не торопится.

Эндрю Диксон: Это правда. Еще есть стереотип, связанный с Сибирью, что это такое отсталое место. Возможно, некоторые москвичи тоже так думают. На самом деле там очень много культурных событий, художников. В Красноярске из бывшего музея Ленина сделали музей современного искусства. Люди создают интересные проекты, открывают интересные рестораны. Я разговаривал с одним красноярцем, он мне рассказывал, что у города очень разнородное население из-за истории региона. Туда ссылали преступников, в том числе и политических преступников. Там много ученых, музыкантов. Это очень интересная и необычная смесь.

Шекспировед

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × 3 =